Так вышло, что вчера у меня дописать не получилось. Нишмог. Пишу сегодня. Если получится - напишу и ещё.
Ведь он один человек, всего-навсего. А судьба одного человека не имеет значения.
- Если она не имеет значения, то что имеет?
Пожалуй, стоит немного промотать плёнку вперёд.
читать дальше Там немало интересного останется, в этом коротеньком, в общем, промотанном куске. Между десятью и пятнадцатью в жизни мальчика много чего обычно происходит. И книги не исключение. Если, конечно, мальчик интересуется книгами. А наш, как мы помним, именно из таких.
Где-то в этом кусочке была булычёвская Алиса, которую невозможно было купить в магазине и даже взять в местной детской библиотеке на абонемент, поэтому читалась она исключительно в читальном зале этой самой библиотеки. Часами, запоем, до закрытия зала. И первое знакомство со Стругацкими там же. "Понедельник..." это был. По совету одного хорошего учителя и в том же читальном зале и по той же причине - найти иначе его было нельзя. Но о них речь ещё пойдёт.
И крапивинский "Оранжевый портрет в крапинку" там останется. В журнале не то "Пионер", не то "Костёр". За 1988 год, помнится. И его же "Голубятня на жёлтой поляне". Только что вышедшая целиком под одной обложкой в легендарной "рамочке" - "Библиотеке приключений и научной фантастики". Она, в отличие от Булычёва, на абонементе была. И лето, предшествовавшее тому, о котором речь, я провёл с ней в обнимку на пронизанной солнцем веранде дедовского дома, в который был отправляем на лето систематически. Вообще - позволю себе наглость занять ещё немного вашего драгоценного внимания общефилософскими рассуждениями.
читать дальшеИменно в это время начал я впервые сильно подозревать, что то, говорится вслух и то, как оно есть на самом деле - вещи немножко разные. И не в последнюю очередь - на примере книжек стал понимать. Потому что разговоры про "всё лучшее - детЯм" и прочее такое в уши уже попадали. А интересных книжек было днём с огнём не найти.
И я открыл для себя журналы. Не я один тогда их для себя открыл, но тогда ещё я общей картины не знал. Оказалось, что есть некоторое количество журналов, где печатают интересное. Они, вы удивитесь, пользовались спросом. Как новые, так и старые подборки. И на пару-тройку лет после этого я прописался в букинистических отделах города. А началось всё в значительной степени с той самой обложки, которую я вам сейчас и покажу.
Вот:
Я увидел её в доме у родственника. И я её спёр.
читать дальше Не то, чтобы без зазренья совести - совесть меня мучила. Но искушение было слишком велико.
Нынче людям, там не жившим, этого не понять. Несмотря на все наши "прелести", нынешняя жизнь наша много, много, много красочней позднего СССР.
Когда я говорю "красочней", я далеко не в последнюю очередь имею в виду самое прямое значение этого слова. Однообразной она была. Монотонной. В том числе и визуально. И в особенности - где-нибудь в провинциальном промышленном городе, где я и жил. И если взрослые уже как-то притерпевались, привыкали к этому, то ребятишек сенсорный голод мучал не-по детски, простите за каламбур. (Ебаться и бухать, что скрашивало взрослым общую безрадостную картину, у нас возможности ещё не было.) Я помню нашу дворовую компанию, и точно знаю, что не я один такой был. Не все в равной степени, но практически все мы так или иначе этим страдали. А я ещё и вкус к занимательным историям уже вполне обрёл. Короче, сначала я увидел обложку. Потом -
внутреннюю картинку. Вот эту.внутреннюю картинку. Вот эту.
Потом я бегло прочёл часть содержимого. А потом я спёр журнал.
Почему не попросил почитать - спросите вы? Да во-первых, потому, почему вообще подростки (а я уже вступал вовсю в этот возраст) не рвутся общаться со взрослыми, тем паче - просить у них. А во-вторых, не надо мне было на время. Насовсем я эти картинки хотел.
Дело было в начале июня 89-го. Посмотрите на дату на обложке, и вы поймёте, почему "пропалили" меня пратически мгновенно. Был бы старый номер - дело бы, возможно прошло без шума и пыли, а тут мужик его, номер-то, по-моему даже ещё прочесть не успел. Через пару дней он приехал (был он из соседнего посёлка) меня раскрыли. Но, в общем, большого скандала не было. Мне кажется, он понял всё то, про что я писал выше. И вот - не помню сейчас, оставил ли он мне всё же журнал. По-моему - таки да, отдал, только дочитал. За что большое ему человеческое спасибо, и вечная моя память. В любом случае, вскорости у меня был не только этот номер, но и другие номера. Таки букинистические помогли.
Я обрёл тогда любовь, которая и ныне со мной. Так получилось, что "Планету Роканнона" я перечитывал совсем незадолго до этого флэшмоба. А Ле Гуин прочно занимает, пожалуй, почётное второе место среди авторов, повлиявших на меня. Первое - Стругацкие, безусловно.
Ну и о самой книге пару слов.
читать дальшеБытует мнение, что "Хайнский цикл" Ле Гуин - научная фантастика. В целом, оно верно, но не с "Планетой Роканнона". "Планета Роканнона" - по сути, фэнтези. Просто завёрнутая в научно-фантастическую оболочку.
Бытует также мнение, что фэнтези - это не очень хорошо. Недолитература, эскапизм, то, сё... Это мнение уже гораздо более спорное.
Возьмите "Планету Роканнона", прочитайте её внимательно. Если это - эскапизм, то воля ваша... Если же не эскапизмом вы полагаете книги плана "Как заработать миллион и трахнуть уже наконец, школьную физичку (русичку, математичку...)", то...
Не то, чтобы первое, а у ж тем паче - второе, было плохо. Просто, как говорил, по слухам, искусствоведам в штатском, Исаак Эммануилович Бабель: "О литературе у нас как-то не получается, давайте ещё о чём-нибудь поговорим". И на сём позвольте пока откланятся.
А, да!.. Чуть не забыл! Жертва же!.. Сакральная. adept-13? я же знаю, что ты сюда похаживаешь. Сама же только что спалилась. Не тушуйся, расскажи нам свою историю. Мы поймём!